+7 (925) 09-09-09-6

Ошо шутки и анекдоты

Анекдоты и шутки Ошо

Вопрос: “Ошо, вы действительно первый Будда, который шутит?”

Ответ: “Друг мой… я не только первый Будда, который шутит, но также и последний… потому что я собираюсь рассказать все шутки! Я не собираюсь оставить хоть одну нерассказанную шутку!”

В принципе, ни одна шутка не бывает грязной. Шутки, которые называются грязными, называются так потому, что вы прежде всего думаете о том, что секс грязен. Это следствие: так как секс грязный, любая шутка, которая имеет какое-то отношение к сексу, становится грязной: это очень странно – вы рождены в сексе, но вы не грязны. По христианскому учению вы грязны, вы рождены от первоначального греха; так они говорят – вы грязны, очень грязны. И очиститься вам нет возможности, не поможет даже сухая чистка…. Как только вы признаете, что секс является грязным, тогда не будет больше возможности иметь что-нибудь чистое в целом мире, потому что всё возникает из одной и той же сексуальной энергии. Тогда и птицы, поющие свои трели, будут грязными – исключите их из жизни. Павлины, танцующие для того, чтобы привлечь самку, исключите их, ведь они становятся поистине грязными созданиями. А чего стоит их грязный трюк – раскрывать так красиво свой хвост! Бедная самка не может не обратить внимание на этих истинно грязных самцов, которые совершают все эти трюки. Если вы исключите секс из мира, вы исключите и жизнь.

Искренность и смех неразделимы

Говорят, что шутка вызывает три вида смеха. Первый – это когда смеются сразу же, а шутку и нужно понимать сразу, без временного разрыва, иначе вам просто недостает чувства юмора. В этьом-то и вся соль, что она ударяет внезапно, ударяет где-то внутри, и вы взрываетесь смехом. Вряд ли вы сможете объяснить другим, почему вы смеетесь. Потому что, чем сильнее вы будете пытаться это сделать, тем яснее вы осознаете, что это невозможно объяснить. Почему вы смеялись? Как это происходит? Это очень тонкое явление.

Когда кто-нибудь рассказывает шутку, она движется на двух уровнях, поэтому и возникает смех. На одном уровне все просто и обычно, и вдруг в конце – резкий поворот, и наступает кульминация, т.к. вы никогда не ожидаете того, что должно произойти… Вот почему, если вы уже слышали шутку, вам не смешно, т.к. нет неожиданного поворота, вам о нем известно. Когда же происходит неожиданный поворот, то вы с обычного уровня вдруг переноситесь на Эверест, где все вокруг настолько нелогично и абсурдно настолько, что вы невольно разражаетесь смехом. Если вы понимаете шутку, вы понимаете ее сразу, безо всякого усилия с вашей стороны. Это очень похоже на сатори или самадхи.

Есть второй вид смеха. Люди понимают шутку, но им нужно время, чтобы ее осмыслить. И тогда она затрагивает толькоих интелект, а не все существо. Смех есть, но он только на лице – некое умственное явление. Первый смех идет из самого нутра, а второй – только продукт ума. Смеющиеся понимают соль шутки, но их интелекту всегда нужно время для этого; он не обладает способностью молниеносно схватывать. Даже самый умный человек немного глуп, потому что природа интелекта такова, что он не может прыгать. Он движется путем логики, ему нужно время, это явление постепенное. Он достигает вывода постепенно. Это второй вид смеха. Дледный, не очень глубокий, не очень расслабляющий, не очищающий, а просто умственный феномен. В мозгу что-то срабатывает и создает небольшую зыбь, вот и все. В первом случае смех настолько глубок, что если он действительно приходит, то может превратиться в сатори. В таком смехе ум может совершенно исчезнуть.

И есть третий вид смеха. Люди смеются лишь потому, что другие смеются. Они ничего не понимают, но чтобы не показаться глупыми, они смеются. Видя, что все смеются, они заставляют и себя смеяться.

Будучи во Франции, Мулла Насреддин отправился с женой на комическое представление. Там Мулла все время начинал смеятся первым и громче всех. – Мулла, я прожила с тобой 30 лет и не догадывалась, что ты знаешь французский, – сказала жена. – Я им доверяю. Они, наверное, говорят что-то смешное, а если уж смеятся, то почему последним? Почему не первым? А если уж смеешься, то нужно смеятся громко. Это ничего не стоит, и мне это нравится, – ответил Мулла.

Это третий вид смеха – с вами ничего не происходит, вы просто претворяетесь.

Чем являются шутки? 

Шутки – это очень хитрое приспособление. Они ведут вас в определенном направлении логически, рационально. Вы начинаете ожидать, что сейчас произойдет вот это и затем вот это и все продолжает случаться в соответствии с вашими ожиданиями и вдруг неожиданный поворот и случается нечто, что вы не могли себе даже вообразить. И это приносит вам смех. Ваши внутренние ожидания – это глубокий подсознательный процесс, если нечто, что вы ожидаете , но если вы видите нечто, что не могли вообразить себе до самого конца и это вдруг случается, то вы немедленно забываете весь свой рассудок, всю вашу логику, весь ваш здравый смысл. Смех- это всего лишь ежедневное переживание, когда вы более не находитесь в уме и я использую это, чтобы дать вам маленький проблеск состояния не ума, медитации, выхода за рамки привычного рассудка. Вероятно я первый в истории человечества, кто стал использовать шутку, как подготовку к медитации. Иисус не стал бы смеяться и будда не будет смеяться и Лао Цзы никогда не был пойман на смехе, все они делали очень серьезную работу.
Я здесь для шуток, я здесь для смеха.

Анекдоты от Ошо

* * *
Хайми Гольдберг и его друг Мойша сидят в кафе в перерыве между скачками.
– Странный случай произошел со мной несколько лет назад, – говорит Хайми. – Было седьмое число седьмого месяца, и моему маленькому Хершелю в этот день исполнилось семь лет. Мы жили в доме номер семь, и я приехал на скачки в семь часов семь минут. 
– Должно быть ты поставил много на седьмую лошадь в седьмом забеге, – сказал Мойша.
– Разумеется, – ответил Хайми.
– И конечно она выиграла?
– Нет, – вздохнул Хайми. – Она пришла седьмой!

* * *
Соломон Фигенбаум однажды вечером вернулся домой и обнаружил девушку, роющуюся в его вещах. Строго глядя на нее, он произнес:
– Девушка, Вы – воровка! Я звоню в полицию.
– Пожалуйста, сэр, – взмолилась она. – Если у меня снова будут проблемы, меня посадят на много лет! Пожалуйста, не звоните в полицию!
– Мне очень жаль, но придется это сделать, – ответил Солли.
– Пожалуйста, сэр! – слезно умоляла она. – Я могу что-нибудь сделать для Вас. Я даже могу отдать Вам свое тело!
Солли на мгновение задумался.
– Хорошо, – сказал он. – Раздевайся и иди в мою кровать.
Девушка так и сделала, и Солли быстро последовал за ней. Он старался и старался около получаса. Истощившись, в конце концов он сдался.
– Ничего не получается! – воскликнул он. – Придется звонить в полицию.

* * *
Рабби Нуссбаум был на конференции раввинов в Чикаго. Когда она закончилась, он рассчитался в отеле, и прошел всю дорогу до станции, но вдруг вспомнил, что он забыл свой зонтик в номере. Когда он вернулся в отель, его комната уже была занята парой молодоженов. Он уже собрался постучать в дверь, когда услышал мужской голос:
– Чьи это маленькие губки?
– Твои, милый, твои, – ответил скромный женский голос.
– А чьи это маленькие ручки?
– Твои, милый, твои, – промурлыкала девушка.
– А чьи это маленькие грудки? 
– Твои, милый, твои! – взвизгнула она.
– Эй! – крикнул Рабби Нуссбаум в замочную скважину. – Когда дойдете до зонтика, имейте в виду, что он мой!

* * *
Хайми Гольдберг жалуется своему другу Мойше:
– Моя жена постоянно просит денег, денег, денег. На прошлой неделе она требовала двести долларов. Позавчера она попросила сто пятьдесят. А сегодня утром она просила сто долларов.
– С ума сойти. Что она делает со всеми этими деньгами? – спросил Мойша.
– Не знаю, – ответил Хайми. – Я ей никогда их не давал.

* * *
Миссис Раппопорт дала объявление о продаже нового Кадиллака за три доллара. Голдштейн позвонил и спросил:
– Что-то не так с машиной?
– С ней все в порядке, – ответила она. – Если она Вам не нужна, пожалуйста, не тратьте мое время.
Голдштейн взял ключи и пошел в гараж. Он выехал из гаража, припарковался возле дома, отсчитал три доллара и отдал их хозяйке.
– Теперь деньги у Вас, объясните, в чем подвох?
– Мой муж недавно умер, – ответила она. – В завещании он велел продать Кадиллак и отдать деньги его секретарше.

* * *
Хайми Гольдберг поскандалил со своей женой Бекки и пошел напиться. Позднее вечером он забрел в местную круглосуточную забегаловку и сгорбился над миской супа с лапшой. У Хайми все еще было плохое настроение. Заметив за соседним столиком китайца, он взял свою миску с лапшой и вывалил китайцу на голову:
– Это за Перл Харбор!
– Но я китаец, а не японец! – воскликнул китаец.
– Китайцы, японцы, вьетнамцы, – ответил Хайми, – все вы для меня на одно лицо!
Когда Хайми пошел оплачивать счет, китаец внезапно подскочил к нему сзади и ударил по голове батоном салями:
– Это за то, что ты потопил «Титаник»!
– Но «Титаник» потопил айсберг! – воскликнул Хайми.
– Да? Айсберг, Гольдберг, Гринберг -все вы для меня на одно лицо!

* * *
Хайми Гольдберг пытался одновременно держать в руке зеркальце и завязывать галстук. Зеркало выскользнуло и разбилось.
– Ну вот! – жалуется он Бекки. – Теперь мне семь лет не будет удачи.
– Ерунда, – отвечает Бекки. – Мой дядя Солли однажды разбил зеркало, и у него не было семи лет неудачи.
– Правда? – успокоился Хайми.
– Правда. Он умер в тот же день.

* * *
Через пятнадцать минут после гибели «Титаника» Мори и Луис плывут на перевернутом плоту. Вода ледяная, вокруг плавают акулы, и плот постепенно тонет.
– Ну, могло быть и хуже, – говорит Луис.
– Хуже? Куда же еще хуже? – кричит Мори.
– Мы могли купить обратные билеты!

* * *
Хайми Гольдберг рассказывает своему другу Мойше Финкельштейну про новый бордель, открывшийся в городе:
– Это просто фантастика. Там можно трахаться всю ночь, а утром накормят завтраком и дадут двадцать долларов.
– Ты уже попробовал? – спрашивает Мойша.
– Я еще нет, – отвечает Хайми, – но Бекки там уже была.

* * *
Хайми Гольдберг пошел к доктору, изможденный постоянными денежными проблемами.
– Расслабьтесь, – советует доктор. – Всего две недели назад здесь был Мендель Кравиц – переживал, что не может заплатить портному. Я посоветовал ему забыть о нем, и теперь он замечательно себя чувствует.
– Знаю, – отвечает Хайми. – Я его портной.

* * *
Полицейская машина останавливает Менделя Кравица на шоссе.
– Сэр, Вы в курсе, что Ваша жена выпала из машины пять миль назад?
– Слава Богу! – отвечает Мендель. – Я уже решил, что оглох.

* * *
Сэмми и Солли, два ученика знаменитого раввина, пришли навестить его. Пока они ожидали аудиенции, жена раввина принесла им две чашки лимонного чая и тарелку с двумя печеньями – большим и маленьким.
– После тебя, – сказал Сэмми, предлагая Солли тарелку.
– Нет, после тебя, – ответил Солли.
– Нет, нет, – настаивает Сэмми, – после тебя.
– Нет, бери первым, – отвечает Солли.
Сэмми берет первым – больший кусок. Солли в ярости.
– Ты брал первым, и ты взял больший кусок!
– Ну и? – отвечает Сэмми. – Если бы ты брал первым, какое печенье ты бы взял?
– Конечно, маленькое!
– Ну, – говорит Сэмми с набитым ртом, – и что ты тогда жалуешься? Оно твое!

* * *
Бедный еврей идет по улице и видит проходящую мимо богатую похоронную процессию – черные Роллс-ройсы, море цветов, женщины в мехах, гроб с золотыми ручками…
– Да, вот это жизнь! – вздыхает он.

* * *
Богатые Хайми и Бекки сидели в своем шикарном нью-йоркском пентхаусе и смотрели телевизор. Вдруг раздался громкий стук в дверь. Хайми открыл дверь и обнаружил за ней огромную шестифутовую фигуру в капюшоне.
– Пожалуйста, сэр, возьмите деньги, все, что хотите, только не трогайте меня! – затрепетал Хайми.
– Сэр, – ответила фигура, – я не грабитель, я насильник.
– Слава Богу! – воскликнул Хайми и крикнул через плечо: 
– Бекки, это к тебе!

* * *
Три советских гражданина – поляк Ковальский, чех Злотый и еврей Мойша Финкельштейн – были арестованы за шпионаж и приговорены к смертной казни. Каждому пообещали исполнение последнего желания.
– Я хочу, чтобы мой пепел рассеяли возле могилы Карла Маркса, – сказал Ковальский.
– Я хочу, чтобы мой пепел рассеяли возле могилы Ленина, – сказал Злотый.
– А я, – пожелал Мойша, – хочу, чтобы мой пепел рассеяли возле могилы товарища Горбачева.
– Но это невозможно! – сказали ему. – Горбачев еще не умер.
– Замечательно, – ответил Мойша. – Я могу подождать.

* * *
Три доказательства, что Христос был евреем:
Во-первых, ему было тридцать три года, а он все еще жил с матерью. Во-вторых, он верил, что его мать девственница. И в-третьих, его мать верила, что ее сын – бог.

* * *
Однажды Хайми Гольдберг покрасил сиденье в туалете, но забыл рассказать об этом своей жене Бекки. Так что когда она села на него, она намертво прилипла. Она сидела, кричала и плакала, пока не пришел Хайми и не отвинтил сиденье. Он помог Бекки дойти до кровати и уложил ее на живот.
Позвонив семейному доктору, он постеснялся рассказать, что случилось, но объяснил, что Бекки не может сама прийти к нему на прием. Неохотно доктор согласился заехать по дороге домой. Когда он прибыл, Хайми провел его в спальню, где Бекки встала на колени, чтобы показать, в чем проблема.
– Ну, доктор, – спросил Хайми, – что Вы об этом думаете?
Почесав подбородок, доктор ответил:
– Я думаю, это мило, но почему такая дешевая рамка?

* * *
Старик Рубинштейн постоянно достает семью.
– Посмотрите на меня! Я не курю, не пью и не интересуюсь женщинами, и завтра я отпраздную свой восьмидесятый день рождения!
– Отпразднуешь? – переспрашивает внук. – Интересно, как?

* * *
Берни Бернштейну исполнилось пятьдесят лет, и его жена Бетти решила подарить ему что-нибудь особенное. Они были женаты уже двадцать пять лет и были идеальной парой.
– Чего ты никогда не получал на день рождения? – спросила жена.
Берни засмущался, и Бекки сказала:
– Давай, скажи – все, что ты хочешь!
– Ну, я никогда не был с проституткой, – ответил Берни.
– Хорошо, я достану для тебя самую лучшую.
Она заказала ему первоклассную проститутку на всю ночь. Когда на следующий день Берни вернулся домой, она спросила:
– Тебе понравилось?
– Да, – стыдливо ответил Берни.
– Она делала что-нибудь, чего я не делаю?
– Да, – честно ответил он.
– Что же это? – спросила Бекки.
– Ну… она стонала.
В следующий раз, занимаясь любовью с мужем, Бекки постоянно спрашивала:
– Мне пора стонать?
– Еще рано, – пыхтел Берни. В конце концов он закричал:
– Давай, начинай стонать, начинай стонать!
– Господи, у меня был такой ужасный день, приехала твоя мама, сломался пылесос, опять надо идти к парикмахеру…

* * *
Миссис Майер говорит своей соседке, миссис Джонсон:
– Я больше не хочу, чтобы ваш сын купался в моем бассейне!
– Что же такого натворил мой бедный Эрни? – спросила миссис Джонсон.
– Он постоянно писает в бассейн! – сердито ответила миссис Майер.
– Не будьте к нему так строги. Все дети в его возрасте так делают!
– Может быть, и делают, но не с трамплина!

* * *
Маленькому Давиду было шесть лет, когда он начал задавать вопросы, смущающие маму и папу. Не зная, как объяснить ему, они попросили старшего сына Мартина объяснить ему про птичек и пчелок. Вечером перед сном Мартин начал свой первый урок.
– Давид, ты знаешь, чем мама и папа занимаются ночью в постели? – спросил он.
– Конечно! – ответил Давид.
– Ну вот, – продолжил Мартин, – птички и пчелки делают то же самое!

* * *
Маленького Эрни привели в кабинет к зубному врачу.
– Все в порядке, док, – сказал Эрни. – Можешь снять маску, я тебя узнал.

* * *
Маленький Эрни рассматривал семейный альбом и наткнулся на свадебную фотографию своих родителей. Эрни позвал своего отца и, указывая на мать, одетую в свадебное платье, спросил: 
– Это и есть тот самый день, когда мама начала работать на нас?

* * *
Маленький Эрни спросил у папы:
– Папа, правда, что Бог есть везде?
– Это правда, сынок, – ответил отец, читая газету.
– И в гараже? – спрашивает Эрни.
– Да, сынок, и в гараже.
– И в саду?
– Да.
– И у мамы под платьем?
– Да, он вездесущ, – раздраженно огрызнулся папа.
Маленький Эрни пошел искать в гараж, но не нашел Бога. Он вышел в сад, но там Бога тоже не было. Тогда он отправился на кухню и залез маме под платье.
– Эрни, – закричала она, – Что ты делаешь?
– Тихо, мама, – восторженно ответил Эрни, – я только что поймал Бога за бороду!

* * *
Маленький Эрни громко свистнул посреди проповеди отца Мерфи, и дедушка вытащил его из церкви, отвел подальше и закричал:
– Как ты мог? Поднял такой шум в церкви!…
– Ага, – радостно ответил Эрни, – Я уже давно прошу Бога, чтобы он научил меня свистеть, и этим утром он это сделал!

* * *
Лифт нью-йоркского небоскреба поднимал людей. Неожиданно высокий мужчина дико взвыл. Маленький Эрни поднял глаза на маму:
– Я не виноват! – сказал он. – Это было на моем лице, поэтому я укусил.

* * *
На дне рождения хозяйка подошла к маленькому Эрни: 
– Надо же, твой братик такой робкий! Он целый день просидел на одном месте.
– И вовсе он не робкий! – возмутился Эрни. – Это просто потому, что на него раньше никогда не надевали галстук, и он думает, что его привязали.

* * *
Никто не мог разубедить Эсмеральду, тетушку маленького Эрни, в том, что она не обладает сверхъестественными способностями. Эрни поверил ей, когда она рассказала племяннику об одном из своих видений.
– Завтра не спускай глаз со своего отца! Я чувствую, что он может не дожить до полуночи! Маленький Эрни весь день ходил за папой по пятам. Утром он пошел с ним на работу, после обеда они отправились в парк. За весь день ничего не случилось, но когда они вернулись домой, мама встретила их со слезами:
– Сегодня утром случилась ужасная вещь. Молочник поскользнулся на кухонном полу и умер!

* * *
Хершель Гольдберг пришел домой из школы и спросил у папы, может ли он погулять с Петунией, их собакой.
– Нет, – ответил Хайми. – нельзя, у нее течка.
– А что это такое? – спросил Хершель.
– Ладно, неважно, что это такое, – ответил Хайми. – Все равно я как раз придумал, как решить эту проблему. Он пошел в гараж, взял тряпку, налил на нее немного бензина и обмотал вокруг хвоста Петунии.
– Ну вот, теперь можешь с ней погулять.
Хершель обрадовался и побежал на улицу, но через час он вернулся без собаки.
– Что случилось? – спросил Хайми. – Где наша Петуния?
– Сначала все было хорошо. Она играла со мной и моим другом Ирвингом, но потом у нее внезапно кончился бензин. Так что теперь пес Ирвинга толкает ее домой.

* * *
В школе бедного района Чикаго ученице дали анкету с вопросами «Сколько у вас братьев и сестер?», «Профессия отца» и т.д. На следующий день она вернулась с клочком бумаги, на котором было 
написано: «В нашей семье восемнадцать детей. Еще мой отец может выполнять сантехнические и плотницкие работы».

* * *
Восьмидесятипятилетний старик Финкельштейн пришел в банк спермы сделать вклад. Девушка в приемной отнеслась к нему скептически:
– Вы уверены, что хотите сделать это?
– Да, – ответил старик Финкельштейн. – Я чувствую, что это мой долг оставить что-то после себя миру.
Женщина дала ему баночку и указала на комнату в конце коридора. Прошло полчаса, но он все не возвращался. Девушка начала беспокоиться, не случился ли с ним сердечный приступ. Наконец старик вышел из комнаты и подошел к ней.
– Послушайте, – сказал он, – я попробовал одной рукой, я попробовал двумя руками, я поднял кверху и ударил снизу, затем полил теплой водой, затем полил холодной водой… Но мне так и не удалось открыть крышку!

* * *
За окном школы шел сильный снег.
– Мальчики и девочки, – сказала учительница Милотельская. – Вам надо быть осторожными, чтобы не простудиться в такую погоду. У меня был маленький братик, ему было всего семь лет. Однажды в снегопад он пошел кататься на лыжах, простудился, схватил воспаление легких и через три дня умер. Класс замер от ужаса. Вдруг маленький Эрни вскочил и спросил:
– Можно мне взять его лыжи?

* * *
Маленькая шестилетняя Салли зашла на кухню и спросила:
– Мамочка, я могу иметь детей?
– Нет, дорогая, конечно, нет! – ответила мама.
Салли побежала во двор, крича:
– Хорошо, ребята, сыграем еще раз!

* * *
Учительница Милотельская постеснялась провести урок полового воспитания, поэтому она задала эту тему на дом. Маленький Эрни спросил отца, и тот рассказал ему историю про аиста. Бабушка сказала, что ее нашли в капусте. Прабабушка покраснела и прошептала, что детей посылает Господь. На следующий день Эрни вызвали отвечать. 
– Знаете, похоже, с нашей семьей что-то не так. По-видимому, в ней не было секса последние три поколения!

* * *
Маленький Эрни сидел на задней парте, с банкой пива в одной руке и сигаретой в руке, когда учительница Милотельская сказала:
– Дети, сегодня мы будем играть в очень интересную игру. Я скажу несколько слов о каком-то предмете, а вы попробуйте угадать, о чем я думаю. Итак, начинаем! Первая вещь- это фрукт. Он круглый и красный. Маленький Билли поднял руку и сказал:
– Это яблоко!
– Нет, это помидор, – ответила учительница. – Но я рада, что у тебя правильный ход мысли! Следующий предмет круглый, это зеленый овощ.
Мэри сказала:
– Это салат.
– Нет, это горошина. Но я рада, что у тебя правильный ход мысли!
После этого Эрни поднял руку и сказал:
– Можно я тоже спрошу?
– Попробуй, – ответила учительница.
– Хорошо, – сказал Эрни. – Я держу это в кармане, оно длинное и твердое, и у него розовый кончик.
– Эрни, это неприлично! – воскликнула Милотельская.
– Нет, это карандаш. Но я рад, что у Вас правильный ход мысли!

* * *
Маленький Эдик сказал:
– Мама, сегодня я хочу пойти в школу пораньше, чтобы сесть на первую парту. У нас будет урок секса! Вечером, когда он вернулся домой, мама заметила, что он печален и разочарован.
– Разве тебе не понравился урок? – спросила она.
– Фуу, – ответил Эдик, – была одна теория!

* * *
Учительница воскресной школы Святоносова только что закончила рассказывать о небесах.
– А теперь, дети, поднимите руки те, кто хочет в рай.
Все кроме маленького Хайми подняли руки.
– Хайми, разве ты не хочешь в рай?
– Я не могу, – расплакался Хайми, – мама велела идти мне прямо домой.

* * *
Одиннадцатилетняя Люся шла по деревне и вела на веревке корову. По дороге она встретился священника, который спросил ее:
– Девочка, куда ты ведешь эту корову?
– Это папина корова, и я веду ее к быку.
– Какое безобразие! Неужели твой отец не может это сделать сам?
– Нет. Это должен сделать бык.

* * *
Маленький Эрни, юнга, спросил пирата Джона Сльвера, почему у него деревянная нога.
– Ах, Эрни, мой мальчик, пушечный снаряд оторвал мою ногу до самого колена.
– А почему у Вас крюк вместо руки?
– Ах, сабля отсекла мою руку!
– А как Вы потеряли глаз?
– Ах, в него накакала чайка, – ответил пират.
– Но делая это, чайка не смогла бы выбить Вам глаз! – воскликнул Эрни.
– Она смогла, – ответил Джон, – потому что я забыл, что вместо руки у меня крюк.

* * *
Маленький Эрни рано вернулся из школы.
– Что ты делаешь дома в такое время? – спросила мама.
– Я подложил динамит под стол учительнице, – ответил Эрни.
– Немедленно возвращайся в школу и извинись!!!
– Мама, в КАКУЮ школу?

* * *
Маленький Эрни первый раз пришел на нудистский пляж со своими родителями. Он осмотрелся и спросил папу, почему у одних мужчин большие, а у других маленькие. Чтобы не пускаться в долгие объяснения, 
папа ответил:
– Мужчины, у которых большие, – умные. Мужчины, у которых маленькие, – глупые.
Эрни принял это объяснение и пошел исследовать пляж. Через некоторое время он вернулся к отцу.
– Ты не видел свою маму, сынок? – спросил папа.
– Да, – ответил Эрни. – Она в кустах, разговаривает с каким-то придурком, но он становится все умнее и умнее!

* * *
Семья Гольдбергов отправилась на пикник. Хайми стоит на краю утеса, наблюдая, как море разбивается о камни далеко внизу. Маленький Хершель подходит к нему и говорит:
– Пап, мама сказала, что здесь стоять опасно. Так что или отойди от края, или отдай мне бутерброды!

* * *
Маленький Эрни гулял по берегу, когда хорошенькая блондинка вышла из воды и обнаружила, что потеряла верхнюю часть от купальника. Смутившись, она скрестила руки на груди и побежала по пляжу. Она почти достигла места, где оставила полотенце, когда Эрни спросил ее:
– Тетя, если вы раздаете щенков, отдайте мне того, с розовым носом!

* * *
Учительница Милотельская зашла в класс, когда маленький Эрни направился к ней, подмигивая левым глазом.
– Эрнест! – воскликнула шокированная учительница. – Это ты мне подмигиваешь?
– Нет, – ответил Эрни, поворачивая налево. – Я просто включил левый поворотник.

* * *
Когда семья Гольдбергов переехала в новый дом, родственники спросили Хершеля, нравится ли ему новое место.
– Это потрясающе – у меня есть своя комната, у Рути есть своя комната и у Сары тоже есть своя комната. Но бедная мама так и осталась с папой.

* * *
Маленькому Эрни очень хотелось велосипед, но когда он спросил маму, она ответила, что купит его, только если Эрни будет хорошо себя вести. После недели попыток быть хорошим Эрни понял, что это невозможно, и мама посоветовала:
– Если ты напишешь письмо Иисусу, возможно, тебе это поможет.
Эрни бросился в свою комнату, сел на кровать и начал писать: «Дорогой Иисус, если ты позволишь мне иметь велосипед, я обещаю быть хорошим всю мою оставшуюся жизнь». Поняв, что не сможет этого выполнить, он начал снова: «дорогой Иисус, если ты позволишь мне иметь велосипед, я обещаю быть хорошим целый месяц». Поняв, что и это невозможно, Эрни задумался, и вдруг его осенила идея. Он побежал в мамину комнату, взял статую девы Марии, положил ее в коробку из-под ботинок и спрятал под кровать. Затем он начал писать снова: «Дорогой Иисус, если ты хочешь снова увидеть свою маму…»

* * *
Священник, приехавший в маленькую деревню, спросил у мальчика, как попасть в церковь, где он будет читать проповедь вечером. После того, как мальчик показал ему дорогу, священник сказал:
– Приходи сегодня вечером и приводи всех своих друзей!
– Зачем? – спросил мальчик.
– Потому что я буду рассказывать, как попасть на небеса, – ответил священник.
– Вы шутите! – засмеялся мальчик. – Вы даже не знали, как попасть в церковь!

* * *
Семилетний Джонни вернулся из школы со своей новой семилетней подружкой. Джонни посмотрел на нее с обожанием и сказал:
– Ты первая девочка, которую я люблю.
– Блин, – ответила она, – везет же мне – еще один любитель!

* * *
Молодая учительница Милотельская заметила, что маленький Эрни постоянно смотрит на нее с блестящими глазами. После уроков она вызвала его к себе.
– Эрнест, – начала она. – в последнее время ты стал хуже учиться, и я обратила внимания, что ты не следишь за тем, что происходит в классе. Что-то отвлекает тебя?
– Да, госпожа Милотельская, – ответил Эрни мягким голосом.
– Это случайно не я?
Маленький Эрни кивнул, и учительница улыбнулась.
– Я очень польщена. И, честно говоря, мне бы хотелось однажды выйти замуж за такого веселого и милого человека, как ты.
– Тогда почему не за меня? – спросил Эрни.
– Ну, – смутилась учительница, – мне не нужен ребенок.
– Хорошо! – ответил Эрни – Я обещаю быть очень-очень осторожным.

* * *
Юный Хершель Гольдберг предстал перед судом за то, что украл у девочки велосипед.
– Я не крал его, сэр, – говорит он судье. – Она мне сама его отдала. Она везла меня домой на багажнике. В лесу она остановилась, сняла с себя джинсы и трусы и сказала, что я могу взять все, что у нее есть. Сэр, трусы были женские, джинсы были мне малы, так что я взял велосипед!

* * *
Однажды маленький Ронни спросил маму:
– Откуда берутся дети?
– Их приносит аист, – ответила она.
– Но, мама, кто тогда трахает аиста?

* * *
Маленького Хайми Гольдберга взяли на спиритический сеанс. Медиум спросил его, с кем бы он хотел поговорить.
– Я хочу поговорить с бабушкой, – оветил Хайми.
– Конечно, мой мальчик, – ответила медиум, входя в глубокий транс. Она начала стонать и сказала странным голосом:
– Твоя бабушка обращается к тебе из рая… какое чудесное место на небесах… Хайми, о чем ты хочешь спросить меня?
– Бабушка, что ты делаешь в раю? Ты же еще не умирала!

* * *
Маленький Джимми Джерк в первый раз сам надевает ботинки. Правый ботинок он надел на левую ногу, а левый – на правую. Он побежал к маме.
– Смотри, мама, – гордо сказал он. – Я сам сделал это!
– Молодец, сынок! – сказала Джил Джерк. – Но боюсь, что ты перепутал ноги.
Малыш Джимми внимательно посмотрел вниз и уверенно сказал:
– Но, мама, это точно МОИ ноги!

* * *
Маленький Эрни проходит в школе электроприборы.
– Мы будем изучать использование электричества в доме. – сказала учительница, – так что завтра все принесите какой-нибудь электроприбор.
На следующий день в классе царило большое возбуждение. Дети принесли лампы, фены, утюги и другие вещи. Эрни появился весь взмокший, притащив огромный аппарат искусственного дыхания.
– Эрнест, – удивилась Милотельская. – Где ты умудрился раздобыть этот прибор??
– Я взял его из комнаты дедушки, – ответил сияющий Эрни.
– И он тебе не запретил? – спросила учительница.
– Не думаю. Он просто сказал: «Грррлллл».

* * *
Маленький Альберт пришел к отцу и сказал:
– Папа, откуда я?
Отец начал пыхтеть, сопеть, но в конце концов решил, что когда-нибудь все равно придется объяснить Альберту некоторые жизненные факты, поэтому он сказал:
– Садись, сын.
Он пустился в пространные объяснения и изложил дело, начав с птичек и пчелок. Затем он схематично описал сексуальную жизнь людей. Закончив, он достал носовой платок и удовлетворенно вытер пот со лба.
– Ну как, Альберт, теперь ты понимаешь?
– На самом деле нет, папа. Эрни сказал, что он из Нью-Джерси, а откуда я, ты мне так и не сказал.

* * *
Моисей с израильтянами достиг берегов Красного моря. Фараон со своей армией буквально наступали им на пятки. Моисей сделал звонок в офис по работе с общественностью: 
– Отец, где лодки? Ты!.. Где же наши лодки? – завопил Моисей.
Отец ответил: 
– Лодки? Не было никакого разговора про лодки.
– Мне нужны лодки чтобы пересечь море, ты идиот! – завопил Моисей,- Что ты прикажешь мне делать – разделить воды и пройти сквозь них?
– Эй, Моисей, детка, а ты дело говоришь! – сказал Отец, – Если ты сможешь это устроить, я посвящу тебе целые две страницы в Святой Библии!

* * *
Малыш Финни Финкельштейн стоит у прилавка бистро «Дешевый корм».
– Сколько стоит сэндвич с говядиной? – спросил он.
– Два доллара.
– А почем сэндвич с сыром?
– Один доллар.
– А сэндвич со свининой? – спросил Финни.
Прежде чем продавец успел ответить, раздался оглушительный грохот, молния сверкнула на небе, и Финни Финкельштейн упал на колени, посмотрел на небо и громко взмолился:
– Хорошо, хорошо, я же только спросил!

* * *
Старик Финкельштейн обедает со своим внуком Фигги Финкельштейном, адвокатом, в ресторане. За бренди и сигарами старик рассказывает о своих успехах.
– Когда я приехал в этот город, – начал он, – у меня был только костюм, в который я был одет, и маленькой картонной коробочки. Это было все, чем я обладал в этом мире. А теперь у меня три фабрики, на них работают две тысячи человек, у меня огромный особняк и роллс-ройс.
– Невероятно! – поразился Фигги. – Это действительно достижение. Но скажи, что было в твоей маленькой картонной коробочке?
Старик затянулся сигарой и ответил?
– Два миллиона наличными.

* * *
Мойша Финкельштейн был в Нью-Йорке и зашел в ювелирный магазин, купить подарок своей жене Рути.
– Сколько это стоит? – поинтересовался он у продавца, указывая на серебряное распятие.
– Пятьсот долларов, сэр.
– Прекрасно, – сказал Мойша, – а сколько это будет стоить без акробата?

* * *
Хайми Гольдберг зашеел в магазин бытовой техники и поинтересовался, сколько стоит телевизор.
– Один доллар, – ответил продавец.
– Вы шутите? – сказал Хайми.
– Так Вы покупаете его или нет?
Естественно, Хайми согласился и заплатил один доллар. Выходя из магазина, Хайми увидел большой холодильник.
– А он сколько стоит?
– Пятьдесят центов.
Хайми заплатил пятьдесят центов и изумленно воскликнул:
– Что здесь происходит?
– Ничего особенного, – ответил продавец, – просто мой босс в моем доме с моей женой, и то что он делает с ней, я делаю с его бизнесом.

* * *
Долгие годы семья Гольдбергов пыталась убедить Хайми купить слуховой аппарат. Но он все время отвечал: «Ерунда, вам просто нужно говорить громче».
Но однажды, прогуливаясь по улице, он заметил вывеску в витрине: «Слуховые аппараты – 60% скидка». Хайми поспешил в магазин, и через десять минут у него был слуховой аппарат. Хайми гордо вышагивал по мостовой, с улыбкой до ушей, когда какой-то голос позвал его:
– Хайми, эй Хайми! – это был его друг Мойша Финкельштейн, – что это ты делаешь в этом районе?
– Вот, – ответил Хайми, показывая на уши, – Это поразительно. Мои дети были правы, я слышу, как в семнадцать лет.
– Здорово, – сказал Мойша, – а в какой стране они сделаны?
Хайми взглянул на часы и ответил:
-Без пятнадцати пять.

* * *
У Хайми Гольдберга были проблемы с полицией, и он пришел к своему адвокату.
– Если я выиграю дело, – заявил Хайми, – я заплачу тебе пятьсот долларов.
– Хорошо, – ответил адвокат, – приведи свидетелей.
Хайми нашел нескольких свидетелей и выиграл дело.
– Теперь, – сказал адвокат, – ты выиграл дело. Где мои пятьсот долларов?
– Хорошо, – ответил Хайми, – приведи свидетелей.

* * *
Восьмидесятипятилетний старик Финкельштейн пришел в банк спермы сделать вклад. Девушка в приемной отнеслась к нему скептически:
– Вы уверены, что хотите сделать это?
– Да, – ответил старик Финкельштейн. – Я чувствую, что это мой долг оставить что-то после себя миру. Женщина дала ему баночку и указала на комнату в конце коридора. Прошло полчаса, но он все не возвращался. Девушка начала беспокоиться, не случился ли с ним сердечный приступ. Наконец старик вышел из комнаты и подошел к ней.
– Послушайте, – сказал он, – я попробовал одной рукой, я попробовал двумя руками, я поднял кверху и ударил снизу, затем полил теплой водой, затем полил холодной водой… Но мне так и не удалось открыть крышку!

* * *
Американец и француз спорят о том, сколько существует сексуальных позиций. После долгих прений они решают их подсчитать. Американец начинает со слов, что существует сто позиций. В первой позиции женщина лежит на спине, а мужчина находится сверху. «Вуаля! – восклицает француз. – Значит, сто одна!»

* * *
Ватикан объявляет о том, что Папа собирается нанести визит в католический костел в Польше. Местный священник собирает самых преданных верующих из своей общины, чтобы те вымыли и вычистили церковь. Этот костел был благословлен особой реликвией, сохранившейся со времен Христа: пучком лобковых волос святого Петра. Один из помощников, подумав, что это мусор, выбросил их. Когда священник в последнюю минуту перед приездом Папы решил проверить драгоценную реликвию, он был в шоке, обнаружив, что она исчезла. В отчаянии он залез рукой под мантию и вырвал несколько собственных волос, чтобы положить их в ящик. Когда священник показывал Папе костел, они подошли к ящику с реликвией. Священник сказал:
– А это, Ваше Преосвященство, наш самый святой дар Божий!
– Ух! – тяжело вздохнул папа, когда понюхал его. – До сих пор можно сказать, что наш Петр был рыбаком!

* * *
Расстроенный мужчина безнадежно глядит на платформу, от которой только что отошел поезд.
– Если бы ты так долго не собиралась, – обвиняет он жену, – мы бы успели на этот поезд.
– Да, – отвечает она, – а если бы ты меня не торопил, нам бы не пришлось так долго ждать следующего!

* * *
– И это они называют искусством? С какой стати здесь повесили эту картину? – спрашивает одна женщина другую в галерее.
– Может быть, они не смогли найти художника», – ответила та.

* * *
Прекрасная блондинка заполняет заявление о приеме на работу. Начальник отдела кадров окидывает форму взглядом и затем говорит:
– Мисс Джонсон, не могли бы вы графу «Опыт» заполнить более подробно, чем просто: «Вот те на!»

* * *
Девушка из публичного дома в районе красных фонарей однажды сообщила хозяйке, что решила бросить это дело.
– Ты не можешь так поступить, – запротестовала мадам, – ты самая лучшая из моих девочек! Я же видела, как ты поднималась по лестнице тридцать, а то и больше раз за ночь.
– Вот именно, – согласилась девушка, – именно поэтому я и ухожу. Мои ноги меня доконали, и все из-за этой проклятой лестницы!

* * *
Почтальон Шуман собрался выходить на пенсию. В свой последний рабочий день он, как обычно, доставил почту миссис Катц, которая пригласила его на красивый завтрак. Когда пришло время, и Шуман уже собирался прощаться, она заманила его в спальню, где они целый час занимались любовью. Когда Шуман уже был готов уходить, она протянула ему конверт, в котором лежала купюра в один доллар. Для Шумана это было слишком.
– Миссис Катц, – сказал он в конце концов, – я ношу Вам почту последние двадцать лет, и за все это время Вы не предложили мне даже чашку кофе. Почему все это случилось сегодня?
– Ну, – ответила она, – я сообщила своему мужу, что сегодня Вы выходите на пенсию, и он сказал: «Да пошел он в … (fuck him). Дай ему бакс». Завтрак – это была моя идея!

* * *
Несчастная пожилая женщина, толкающая перед собой коляску с ребенком, встречает на улице свою знакомую.
– Чей это ребенок, миссис Джонсон? – спросила та. – Я знаю, что он не ваш.
– Да, это так, моя дорогая, – ответила миссис Джонсон, – Это мой муж. Он носился с идеей омолаживающего эликсира и зашел в этом слишком далеко!

* * *
Отец-еврей и его сын стоят перед собором.
– Отец, что это за здание с высокой колокольней?
– Сын, тебе следует знать. Это церковь.
– А что такое церковь?
– Ну, христиане говорят, что в ней живет Бог.
– Но отец, разве Бог живет не на Небесах?
– Да, сынок, ты прав. Но здесь он занимается бизнесом.

* * *
Во время Второй мировой войны немецкий офицер зашел в бакалейную лавку Мойши Финкельштейна, чтобы купить спички.
– Спички! – потребовал он.
Финкельштейн протянул ему коробок спичек.
– Я хочу, чтобы головки были слева, а не справа! – потребовал офицер.
Финкельштейн сделал вид, что ищет другой коробок со спичками, но вместо этого дал офицеру тот же коробок, перевернув его. Удовлетворенный офицер вышел из магазина. Оказавшись на улице, он сказал своему другу:
– Чертовы евреи – все время пытаются тебя надуть!

* * *
Полковник венгерской секретной полиции проверял пограничную полосу.
– В этом месте слишком много людей пробираются на другую сторону границы, – информировал полковник пограничников, – мне приказали проверить ваши меры безопасности.
Расставив пограничников по стратегическим пунктам, полковник начал ползти на четвереньках в сторону колючей проволоки.
– Сейчас вы меня видите? – крикнул он.Когда они ему прокричали в ответ «Да!», он начал снова. С третей попытки ему удалось 
проскользнуть под забором.
– А сейчас вы меня видите? – прокричал он назад.
– Нет, товарищ полковник – раздался ответ.
– И больше не увидите! – закричал полковник, со всех ног удирая на свободу.

* * *
Генерал, посетивший полевой госпиталь, спрашивает у одного солдата, прикованного к постели:
– Что с тобой случилось?
– У меня нарывы, сэр, – отвечает тот.
– Какое тебе назначили лечение?
– Меня смазывают йодом, сэр.
– И как, помогает?
– Так точно, сэр!
Затем генерал подходит к солдату, лежащему на койке рядом и узнает, что у парня геморрой. Его также смазывают йодом, это ему помогает, и у него нет никаких других пожеланий. Генерал спрашивает третьего солдата:
– Что с тобой случилось?
– У меня воспалились миндалины, меня смазывают йодом, и да, это помогает.
– Есть какие-нибудь пожелания?» – спрашивает озабоченный генерал.
– Да, сэр, – отвечает солдат, – я хочу, чтобы меня смазывали первым.

* * *
Африканская делегацию в Москве знакомится с особенностями русской культуры. Один агент секретной службы рассказал африканцу, как играть в русскую рулетку с шестизарядным револьвером, заряженным только одной пулей.
– Вы приставляете дуло к виску, – сказал он, – и нажимаете на курок.
На африканца это не произвело впечатления.
– Африканская рулетка намного страшнее! – ответил он.
– Это невозможно! – воскликнул русский, – Объясните, пожалуйста!
– Стоят шесть обнаженных женщин, – начал рассказывать гость из Африки, 
– и каждая из них предлагает вам себя, вам остается только выбрать.
– Ну и что же в этом страшного?
– Ага! – воскликнул африканец, – одна из них каннибалка!

* * *
Ной Вебстер, лексикограф, занимался в своем кабинете любовью с секретаршей, когда вошла миссис Вебстер.
– Ной! – задыхаясь, воскликнула она. – Я удивлена!
Быстро натягивая штаны, он ответил:
– Нет, дорогая. Ты шокирована, это я удивлен!

* * *
Девяностосемилетний старик со своей девяностодвухлетней женой предстали перед судом, потому что хотели развестись. Судья был очень удивлен: 
«Вы так стары, – сказал он, – почему вы хотите расстаться сейчас, после стольких лет совместной жизни?»
Старик не ответил. Но спустя несколько минут его жена сказала очень робко: 
«Ваша честь, мы хотели дождаться, пока умрут все наши дети».

* * *
Малькольм и Эдди весело неслись на машине, пока не врезались в кирпичную стену. Когда они попали к вратам рая, святой Петр обратился к Малькольму: 
«Поскольку ты был хорошим мальчиком и почти не грешил, мы дадим тебе этот новый Бьюик, чтобы кататься здесь».
Затем Петр повернулся к Эдди и сказал: «Ты был не таким хорошим, сын мой, поэтому садись за этот Фольксваген». 
До того, как ребята успели устроиться в креслах своих автомобилей, показался шикарный Линкольн Континенталь, за рулем которого сидел толстый парень, держа с большой сигарой в зубах. Он улыбнулся и въехал в ворота.
«Кто это был?» – спросил Малькольм.
«А, – ответил св. Петр, – это был последний папа, Иоанн!»
Малькольм и Эдди поехали на своих новых машинах на экскурсию по Небесам. Позже Малькольм увидел Фольксваген Эдди, припаркованный к обочине дороги. Сам Эдди находился немного поодаль, катаясь в траве и захлебываясь истерическим смехом.
«Что такого смешного, Эдди?»
«Ты не поверишь! – прорычал Эдди, – я только сейчас видел Иисуса, катающегося по дороге на роликах!»

* * *
Один негр из южной Африки был послан своими родителями на учебу в университет. Он пришел к директору с просьбой о зачислении.
«Какую ветвь Вы хотели бы избрать?» – спросил директор.
«А не могу я, как все, сидеть за столом?»

* * *
Секс был большой проблемой на американской ядерной подводной лодке, которая месяцами непрерывно плавала в море. Однако капитан решил проблему, купив себе резиновую женщину в полный человеческий рост для текущих нужд. Скоро он стал таким довольным, что команда заподозрила что-то неладное в его хорошем настроении и вскоре выяснила причину. Когда капитан стоял на мостике, матросы начали проникать в его каюту в гости к кукле. Через несколько месяцев, когда субмарина вернулась в Сан-Франциско, капитан зашел в магазин, где он когда-то приобрел куклу.
«Знаете, ребята, я хочу поздравить вас с тем, насколько естественна та кукла, которую я у вас купил. Она настолько хороша, что я даже умудрился подхватить сифилис!»

* * *
Африканский абориген купался в реке недалеко от своей деревни, когда группа туристов пришла посмотреть на эту картину. Они в ужасе уставились на его огромных размеров член. Смущенный африканец взглянул на них в ответ и сказал: «И что тут такого удивительного? Разве у вас не сморщивается в холодной воде?»

* * *
Во время второй мировой войны бомба точным попаданием почти до основания разрушила дом в пригороде Лондона. Все его обитатели уцелели, не хватает только одного человека. Внезапно раздается громогласный смех, исходящий из кабины туалета, который возвышается целым и невредимым над обломками дома. Из туалета вылезает человек, продолжая истерически хохотать. Его спрашивают: 
«Какого черта ты смеешься?»
«Ну разве это не смешно? – отвечает тот. – Я дергаю за цепочку – и весь дом рушится!»

* * *
В маленьком немецком городке католический священник поймал с поличным мальчика, который выковырял все изюминки из большого батона хлеба, который священник только что купил себе в ближайшей булочной.
«Как тебе ни стыдно, сын мой, выковыривать изюминки из этого хлеба?» – спросил священник.
Мальчик посмотрел ему прямо в глаза и сказал: 
«Во-первых, я не ваш сын, во-вторых, моя мать заказала батон без изюма, а в-третьих, я все равно протестант».

* * *
Навещая родителей Пьерино, женщина постоянно говорит им о том, как она хотела бы иметь такого ребенка, как их сын, но что, к несчастью, аист ничего ей не принес.
«Почему бы вам ни сменить его на петушка?» – советует Пьерино.

* * *
Пэдди скончался от дизентерии. Во время того, как его тело подготавливали к захоронению, оно продолжало испражняться. Подумав немного, гробовщик не нашел ничего лучшего, как сходить за пробкой. Через два часа появились О’Рейли и Малдун, чтобы отнести тело для отпевания. Пока тихо играла музыка, два друга торжественно несли тело вниз по лестнице. Вдруг раздался громкий звук и фонтан дерьма полился О’Рейли на голову. Тот сразу же отпустил тело, которое покатилось вниз по лестнице в толпу ожидающих внизу гостей. Гробовщик подлетел к О’Рейли и заорал на него: «Что ты натворил, криворукий ублюдок!» 
О’Рейли хладнокровно посмотрел на гробовщика и сказал: «Слушай, если он может срать, он может и ходить!»

* * *
Сартини пришел в полицию и заявил дежурному сержанту, что хочет написать обвинительную жалобу на водителя грузовика за нападение и оскорбление действием.
«Что случилось?» – со скучающим видом поинтересовался коп.
«Я находился в телефонной будке, а этот урод подошел и хотел воспользоваться телефоном, – объяснил Сартини. – Я попросил его немного подождать, но он не мог. В конце концов, он силой открыл дверь и выкинул меня оттуда».
«Не удивительно, что вы взбесились», – согласился сержант.
«Проклятье, конечно, я взбесился! – ответил итальянец. – Этот сукин сын даже не дал моей подружке времени надеть трусы».

* * *
Бизнес леди Марии идет из рук вон плохо. Она много работала проституткой на окраине Рима, но по каким-то причинам у нее плохо идут дела. Однажды ночью к ней пришла великолепная идея: «Я куплю несколько петард, и когда я буду заниматься любовью с каким-нибудь парнем, я зажгу одну и начну кричать, что во мне что-то разорвалось и что он 
должен за это доплатить».
В ту же ночь ей удается найти мужчину, которого она приводит в свою комнату, где они начинают заниматься любовью. Она запускает свою руку под кровать и щелкает зажигалкой. К несчастью, загорается вся коробка с пиротехникой, и за этим следует мощный взрыв.
«О-о-о! – вскрикивает Мария. – Ты что-то повредил мне внутри. С тебя еще десять долларов».
Мужчина смотрит на нее и стонет: «Как насчет ста долларов, если ты сможешь найти мои яйца?»

* * *
Во время празднования годовщины золотой свадьбы мужчину спросили, стала ли его семейная жизнь лучше или хуже, чем он ожидал.
«Ну, – ответил он, – сначала я думал, что наш брак будет в пропорции пятьдесят на пятьдесят. Так оно и случилось, но не совсем так, как я ожидал. Моя жена делала все по-своему первые пятьдесят лет, а я буду делать все по-своему следующие пятьдесят!»

* * *
«Мы были вынуждены развестись, потому что не подходили друг другу, – объясняет один завсегдатай бара другому. – Моя жена ненавидела меня, когда я напивался, а я терпеть ее не мог, когда был трезвым».

* * *
Армейский психиатр проверяет только что призванного новобранца: «Что ты делаешь для общественной жизни?»
«Я просто слоняюсь по дому».
«Ты хотя бы гуляешь с девушками?»
«Нет».
«И тебе не хочется?»
«Хочется».
«Тогда почему ты не гуляешь?»
«Меня жена не пускает».

* * *
Пожилая пара лежит в постели. «Иосиф, – спрашивает жена, – помнишь те дни, когда ты, бывало, целовал мое ухо?»
Иосиф поворачивается и целует ее ухо.
«Иосиф, а ты помнишь те дни, когда ты, бывало, гладил мои волосы?»
Иосиф нежно поглаживает ее волосы.
«А помнишь, Иосиф, – продолжает она, – те дни, когда ты, бывало, кусал мою шею?»
Иосиф встает с постели и идет через комнату: «Эй, Мардж, ты не помнишь, куда я положил свои вставные зубы?»

* * *
Двое охотников выслеживали в лесу добычу и вдруг наткнулись на огромного черного медведя. Первый охотник прицелился, но промахнулся. Второй охотник прицелился точнее, когда медведь приблизился к ним, но его ружье дало осечку. Двое охотников в ужасе бросились наутек, а медведь погнался за ними. На опушке леса они увидели небольшую хижину. Охотники вбежали в нее и успели захлопнуть дверь прямо перед носом медведя. Огромный зверь обошел вокруг их убежища, нашел открытое окошко и забрался внутрь. Послышался грохот, за ним последовали душераздирающие крики, и наступила тишина… В конце концов, через три дня, дверь распахнулась, и из хижины шатающейся походкой вышел первый охотник, прошел десять шагов и бухнулся лицом в землю. Вскоре из дверей, шатаясь, вышел другой охотник, прошел шагов двадцать и тоже повалился на землю.
Через несколько часов появился медведь, проковылял вдоль тропинки полмили и затем растянулся на земле. Немного времени спустя в дверях появилась красивая молодая женщина. Она подошла к первому охотнику и сказала: «Этот должен мне десять долларов!» Подойдя ко второму охотнику, она произнесла: «Этот должен мне двадцать долларов». Затем она стала оглядывать вокруг и всматриваться за линию горизонта. «Интересно, что случилось с тем парнем в шубе? Он мог бы придти еще раз бесплатно!»

* * *
Поляк, едущий в поезде, направляется в туалет пописать. Открыв дверь туалета, он видит свое отражение в зеркале и думает, что там кто-то есть. Он извиняется за вторжение и закрывает дверь.
Через десять минут он возвращается: «О, извините!» – произносит он и снова закрывает дверь.Он возвращается в третий раз, и происходит то же самое. Он уже больше не может сдерживаться. Сжав в карманах кулаки, он идет жаловаться проводнику.
Проводник, тоже поляк, в ярости направляется к туалету с пассажиром, чтобы посмотреть, в чем проблема. Он открывает дверь, но затем немедленно ее захлопывает со словами: «О, там сейчас проводник, воспользуйтесь другим туалетом!»

* * *
Заключенный Позинский, отбывающий двадцатилетний срок в мичиганской тюрьме, рассказывает товарищу по камере о своей жене: «Бывало, мы так веселились на берегу моря, закапывая друг друга в мягкий белый песок!»
«Должно быть, это здорово!» – отвечает сокамерник.
«Да! – продолжает поляк. – Как только выйду, сразу же ее откопаю!»

* * *
Финкельбаум и Протский работали шефами в ресторане шикарного отеля. Пришло время, и Финкельбаум открыл еврейский ресторан. Протский открыл забегаловку прямо через дорогу.
Через шесть месяцев дело Финкельбаума процветало, а Протский почти потерпел фиаско. Он решил посоветоваться со старым товарищем.
«Все очень просто, – ответил тот, – тебе нужно развлекать клиентов. Один день мои официантки ходят обнаженные сверху, а другой день – обнаженные снизу».
Протский, воодушевленный идеей, устремился обратно в свой ресторан и созвал всех официанток.
«С сегодняшнего дня, – объявил Протский, – один день вы все будете ходить обнаженные сверху, а другой день вы все будете ходить обнаженные снизу. Поэтому завтра – никаких кокошников! На следующий день – никакой обуви!»

* * *
Поляк на приеме у зубного врача. Диагноз мрачный: необходимо удалить все зубы.
«Боже мой!» – говорит поляк.
«Не стоит беспокоиться, вам нисколечко не будет больно. Мы вставим вам искусственные зубы, которые изготовим прямо при вас. Они войдут прямо в ямки, все это будет смотреться просто замечательно, и совсем не будет больно!»
«Боже мой!» – продолжает сетовать поляк.
«Если у вас есть какие-то сомнения, вы можете позвонить Гольдштейну, известному в городе еврею. У него была подобная ситуация шесть месяцев назад», – предложил дантист взволнованному поляку.
«Боже мой! Боже мой! – воскликнул поляк. – Я позвоню Гольдштейну – я знаю его – а потом сообщу вам».
Он позвонил Гольдштейну и спросил, было ли ему больно со своими новыми зубами.
«Боль! – воскликнул Гольдштейн. – Последние шесть месяцев я выбирался со своими внуками на озеро покататься на лодке. В последнее воскресенье посреди озера я уронил весло. Я потянулся за ним, но оно стало уплывать. Потом лодка качнулась, и я зацепился яйцами за уключину – тогда я впервые за шесть месяцев забыл о том, как болят зубы!»

* * *
Бизнесмен собрался войти в гостиничный бар после тяжелого трудового дня в офисе, но его остановила монахиня, которая начала проповедовать про зло алкоголя, убеждая его, что употребление спиртных напитков – это прямая дорога в ад.
«Сестра, – прервал он ее, – я самый умеренный человек, я выпиваю не чаще одного раза в несколько дней, чтобы расслабиться. Один раз никому не повредит. Даже Иисус совершил чудо с вином! Кроме того, как Вы можете осуждать человека за что-то, чего вы не попробовали сами? Сперва попробуйте алкоголь на вкус, просто чтобы знать, о чем говорите!»
Монахиня с негодованием запротестовала, но затем стала все больше и больше поддаваться логике бизнесмена. 
«Хорошо, – сказала она наконец, – Вы меня убедили, я попробую глоточек виски, да простит меня Господь! Но Вы лучше вынесите это мне в чайной чашке, чтобы никто меня не заподозрил».
Бизнесмен с радостью согласился и вошел в гостиницу. 
«Пол-литра пива, пожалуйста, – заказал он бармену, – и один скотч, только в чайной чашке, если можно».
Бармен нахмурил брови. 
«Только не говорите мне, что эта проклятая монашка все еще торчит под дверью!»

* * *
Мужчина в публичном доме удивляется качествам девушки, которую он выбрал. «Вы так прекрасно выглядите, у Вас такие утонченные манеры, словно Вас воспитывали в хорошей, благородной семье».
«Это действительно так! – ответила девушка. – Я из семьи католиков и аристократов».
Затем он подметил, насколько она умна, а она ответила, что закончила университет с отличием. Он также подметил и то, что она, должно быть повидала мир, настолько многосторонним было ее развитие. И она подтвердила, что, действительно, много раз путешествовала по миру. Под конец он спросил: «Так как же Вас угораздило придти работать в такое место?»
Она ответила: «Я думаю, это просто удача!»

* * *
Жил один молодой человек, которому покоя не давали всякие мысли о жизни. Однажды он узнал об одном старом католическом мудреце, который жил высоко в горах, и решил предпринять к нему смелое путешествие. После многих месяцев странствия с караваном, пешком и по горам юноша добрался до отшельника, который сидел у входа в небольшую пещеру, спокойный и неподвижный, как статуя. Искатель упал перед ним на колени, с почтением преклонил свою голову и смиренно спросил:
– Почему я здесь?
– И действительно, почему! – проворчал старик. – Я же им сказал, чтобы прислали девушку!

* * *
«Однажды, когда я ловил рыбу, – рассказывает старый рыбак, – у меня закончилась наживка, и я не знал, что делать. Я осмотрелся вокруг и заметил у своих ног змею, которая держала во рту лягушку. Я взял эту лягушку и разрезал ее на приманку, радуясь, что вовремя заметил змею. Но в то же время я чувствовал себя немного виноватым из-за того, что лишил бедное пресмыкающееся пищи, и чтобы возместить змее ее добычу, я налил ей в рот несколько капель виски. Когда я увидел, как змея поползла прочь в полном удовлетворении, моя совесть утешилась, и я вернулся к рыбалке. Прошло некоторое время, и я почувствовал, как что-то тычется мне в ногу. Моему удивлению не было предела, когда я увидел, что это была та самая змея, принесшая с собой во рту еще три лягушки!»

* * *
За стойкой бара унылый пьяница жалуется своему соседу, что целый месяц ходил на скачки, но так и не поставил на победителя.
«Тогда почему бы тебе не оставить тотализатор?» – советует ему другой.
«Что! – рявкает игрок, – и отказаться от двадцатилетнего опыта игры на лошадиных бегах?»

* * *
Еврейский отец и его сын идут в турецкую баню.
«Юк! У тебя такие грязные ноги!» – говорит отец.
«Но папа, твои ноги гораздо грязнее!»
«Как ты можешь сравнивать, – сердито отвечает отец, – я на тридцать лет старше тебя!»

* * *
Богатая женщина просыпается в своей спальне, осматривается вокруг, а затем звонит в колокольчик. Приходит ее молодой слуга, китаец Фу Ли. Женщина спрашивает его, как она попала домой прошлым вечером.
«Я привел мисси домой».
Затем она спрашивает его, как ей удалось раздеться.
«Я раздел мисси».
Тогда она спрашивает его, как она легла в кровать.
«Я уложил мисси в постель».
Под конец она вздыхает: «Господи, должно быть я была как бревно!»
«В первый раз да, мисси, – отвечает ей Фу Ли, – но во второй раз… нет!»

* * *
Агент Маковский позвонил своему другу Лисскому, продюсеру стриптиз-шоу. 
«Лисский, – воскликнул он, – я достал тебе такую девочку, на которой мы оба разбогатеем. Она невероятна – от ее буферов у тебя глаза на лоб вылезут! Послушай, какие размеры: бедра – девяностно, талия – шестьдесят, грудь – двести двадцать!»
«Действительно невероятно, – ответил Лисский, – и что же она умеет делать?»
«Делать? Как что делать? Она просто выползает и пытается встать!»

* * *
В начале своего медового месяца молодожены прибыли в отель. Возбужденный жених, довольный своей репутацией опытного любовника и жаждущий привести невесту в трепет своими навыками, бросает ее на кровать и выступает с искусностью чемпиона по сексуальной атлетике. Когда все заканчивается, он шепчет своей невесте: «О, да, дорогая, я вижу, как тебе было хорошо – я заметил, как сжимались в экстазе твои пальчики на ногах. Обещаю, что я всегда буду доставлять тебе такое удовольствие!»
«Может быть, в следующий раз, Ромео, – шепчет она ему в ответ, – прежде чем приступить к действию, ты снимешь с меня колготки!»

* * *
Мужчина отправился на вечеринку. Когда официант принес лососевые рулеты, женщина, стоящая рядом, наклонилась, чтобы взять кусочек, и уронила в блюдо с закуской свой стеклянный глаз. До того, как она успела что-либо сделать, мужчина взял рулет со стеклянным глазом и съел его. Через неделю его начал мучить ужасный запор. Доктора не знали, как справиться с недугом, и решили отправить его в операционную, чтобы ввести зонд и выяснить, в чем проблема.
Доктор посмотрел в зонд, затем перевел взгляд на пациента и спросил: «Вы что, действительно мне не доверяете?»

* * *
Я слышал об одном старом раввине – должно быть, он был очень здравомыслящим человеком – который молился Богу. Он молился год за годом, но никогда ни о чем не просил – и вы знаете, молитва – это что-то вроде нытья: вы ноете перед Богом каждый день, утром, в полдень, вечером, ночью, пять раз в день. Должно быть, Бог очень устал, наверное, ему это смертельно наскучило… А раввин ни о чем не просил, иначе был бы выход. Если бы он о чем-нибудь попросил, ему бы это дали, а затем сказали: «Отстань!» 
Но он не просил ни о чем, он просто молился. В конце концов Бог спросил его: «Ну чего ты меня мучаешь? Что ты хочешь?»
И тогда старый раввин попросил: «Только одно. Не пора ли тебе избрать какой-нибудь другой народ? Пожалуйста, сделай какой-нибудь другой народ своим избранным народом. Мы уже достаточно настрадались!»

* * *
Маленький мальчик врывается в комнату своей мамы и говорит: «Мама, я давно уже хотел спросить тебя об этом, но сегодня это очень срочно – я хочу знать ответ прямо сейчас!»
Мама как раз переодевалась, чтобы выйти из дома, и сын спросил ее: «Что это за две такие штуки у тебя на груди?»
Мать почувствовала себя немого смущенной: как объяснить ребенку про грудь? Это просто объяснить, а дети очень понятливы. Можно было легко сказать, что груди нужны для питания малышей, и с этим вопросом было бы покончено раз и навсегда. Но мы привыкли к подобному вранью – и мать немедленно придумала очередную ложь.
Она ответила: «Это воздушные шары. Когда женщина умирает, Бог надувает эти шары. Они становятся больше и больше, а потом тело женщины возносится к небесам».
Ребенок сказал: «Теперь я знаю, что происходит».
«Что происходит?» – спросила мать.
«Наша служанка умирает, – ответил сын, – а бедный папа изо всех сил пытается не дать ей умереть. Он лежит на ней сверху, прижимает ее к полу и пытается высосать воздух из ее шаров, а она стонет: 
«Господи, я скоро кончусь!»

* * *
Почему среди итальянцев такой низкий процент самоубийств?
Довольно трудно убить себя, выпрыгивая из окна подвала!

* * *
Вторая мировая война. Немец, француз и итальянец попали в плен и сидят в лагере для военнопленных. 
«Сколько вам нужно пар нижнего белья?» – спрашивает сержант-квартирмейстер.
«Семь, – отвечает немец, – по паре на каждый день недели».
«Четыре, – отвечает француз, – по паре на каждую неделю месяца».
«А тебе, Луиджи? – интересуется сержант. – Сколько пар нужно тебе?»
«Двенадцать», – отвечает итальянец.
«Какого черта тебе понадобилось двенадцать?»
«Одна пара на январь, другая на февраль, третья…»

* * *
Однажды Луиджи встречает на улице своего лучшего друга Джанкарло. 
«Привет, Джанкарло, что эта у тебя в пальто?»
«Ну-а, – отвечает Джанкарло, – ты знаешь-а того ублюдка фашиста Франческо? Ну-а, каждый раз, когда я прихожу в город, он-а говорит мне-а: «Привет, Джанкарло, как поживаешь сегодня-а?» Затем он толкает меня в грудь-а своим кулаком-а и ломает все-а мои сигары. Поэтому сегодня я-а припас четыре куска-а динамита в кармане. Когда он подойдет-а, я взорву на хрен-а его чертову руку!»

* * *
Пьерино приходит домой из школы и спрашивает своего отца: 
«Папа, что значит “одновременно”»?
«Это значит в одно и то же время», – отвечает отец. Но Пьерино все никак не может понять, поэтому отец объясняет ему.
«Ну, – говорит он, – если бы ты родился от связи твоей мамы с другим мужчиной, не мной, кем бы я тогда был?»
«Рогоносцем!» – восклицает мальчик.
«Правильно! – отвечает отец. – И одновременно ты был бы сукиным сыном!»

* * *
Кондрату было шесть лет. Несмотря на свой возраст, он не произнес ни единого слова. Родители водили его к психиатру, но безрезультатно. Однажды за ужином Кондрат посмотрел в свою тарелку и произнес: 
– Уберите эту гадость, у нее отвратительный вкус!
Родители обрадовались и расплакались от счастья: 
– Ты можешь говорить! – воскликнула мать. – Почему же ты до сих пор молчал?
– До сих пор меня все устраивало! – ответил Кондрат.

* * *
Бекки Гольдберг вернулась и с ужасом обнаружила Хайми в постели с молодой красоткой. Она уже была готова вылететь пулей из дома, когда Хайми остановил ее.
– Перед тем как ты уйдешь, пожалуйста, выслушай, как все это произошло. Я увидел эту девушку усталую, в поношенной одежде. И я привел ее домой и приготовил ей сэндвич. На ней были поношенные сандалии, так что я отдал ей пару твоих туфель, которые ты не носишь, потому что они вышли из моды. Она замерзла, так что я отдал ей свитер, который я подарил тебе на день рождения, но который ты не носишь, потому что тебе не идет свет. Ее джинсы тоже были поношены, так что я отдал твои, которые хорошо сидели на тебе, пока ты не набрала пару лишних фунтов. Когда она собиралась уходить, она остановилась и спросила: «Есть еще что-нибудь, чем твоя жена больше не пользуется?»